Хорватия

Но большинство дворян в городах были чиновниками. В 1787 г. дворяне составляли около 6% населения королевских городов. Вараждин тогда насчитывал вдвое больше жителей, чем Загреб, и был самым крупным городом Хорватии. Здесь имелись мануфактуры. Но с середины XVIII в. Загреб стал заметно расти. далее

Славония постепенно оживает экономически только после ухода турок в конце XVII в. Особое значение приобретает большой речной торговый путь по Саве, Драве, Тисе. Уже в начале XVIII в. р. Сава стала важнейшей коммуникацией Славонии и Хорватии, связавшей Подунавье с западом Хорватии. В 1770 г. по речному пути прошло до 1000 барж. Это было важнейшее направление вывоза зерновых из Паннонии. Окрестное крестьянство — кметы и граничары — все более уходило работать на речной торговый путь (бурлаки, плотники и др.). Это стимулировало расслоение деревни. Застойные аграрные отношения медленно уходили в прошлое. Вдоль Савы возникло много мелких предприятий по обработке леса и др., по транспортировке грузов. Эта полоса вплоть до Карловаца была питомником мелкой хорватской буржуазии и немногих крупных купцов. Дорога вела к г. Карловацу, ставшему узлом сухопутных путей к морю, или в Крайну (Австрию). С 1777 г. Карловаи — свободный королевский город. Средоточием национального мелкого предпринимательства стали также небольшие приморские города южнее Риеки, тогда как сама Риека — хорватская и итальянская по населению — наиболее крупным центром торговли и производства, уступая лишь Триесту (в Австрийском приморье) с его словенским и итальянским населением. Рост городов ускоряется (Осиек, Вуковар, Илок, Земун, Петроварадин). На востоке Славонии в конце XVIII в. идет интенсивная немецкая колонизация.
Для Хорватии вновь становятся важными старинные пути из Пешта через Загреб и Карловац к морю. Загреб и Вараждин приобретают значение экономических центров.
В конце XVIII в. в Хорватии и Славонии было 8 королевских городов и 44 торговых местечка. В Загребе, Вараждине, Копривнице, Карловаце, Пожеге, Риеке и Бакаре в 1787 г. проживало 11 тысяч мужчин, а вместе с жителями местечек горожане составляли до 15% населения. Ремесленники и торговцы насчитывали 17% в 1787 г. и 22% в 1805 г. взрослого мужского недворянского населения городов. Беднота — слуги, поденщики, ученики, люди без определенных занятий — составляла большинство (в 1805 г. — 58%). В местечках часть населения, в том числе ремесленников, занималась сельским хозяйством.

Восстания придали решимости двору провести в Хорватии «терезианскую урбариальную регуляцию», которая придала отношениям крестьян и помещиков публично-правовой характер. Была издана серия инструкций, в рамках которых феодал мог требовать несения повинностей с зависимых крестьян. Эта система действовала до 1848 г. Авторы реформы исходили из того, что государство заинтересовано в благополучии кмета как налогоплательщика. Таким образом, государство в XVIII в. Пыталось регулировать социальные отношения. Модернизация государства вызвала рост налогов, поэтому феодальную ренту землевладельцев следовало ограничить определенными рамками. Впервые структура повинностей была унифицирована. Крестьянин получал право обращаться в суд в случае ее нарушения. далее

Первая половина XVIII в. — вершина процесса закрепощения крестьян и распространения барщинных повинностей (вводилась и «сверхнормативная» баршина). Это вызвало крестьянские восстания в Крижевацкой жупании в 1755 г. Расследование королевской комиссией их причин сохранило для историка ценнейший материал о развитии феодальных отношений в XVIII в. и причинах протестов крестьян. Кое-где крестьяне требовали присоединения их земель к Военной границе. Бунты граничар стимулировали движения кметов.
В начале XVIII в., после освобождения, в Славонии не было барщины, так как казне былаудобней денежная рента. Такое положение сохранялось десятилетия. В отличие от Хорватии, в Славонии имения были слабо связаны с рынком. На дорогах сновали гайдуки, проезд был опасен. Феодалам постепенно удавалось заводить крепостнические порядки. Протесты крестьян стали причиной издания первого королевского урбария (перечня повинностей) для Славонии (1737 г.) («Карловурбар»). Отнимать землю у крестьян и переводить ее в аллод помещикам было запрещено, как и требовать барщины (была установлена денежная и натуральная рента). Но в дальнейшем этот закон нарушался: барщина стала «добавкой» к тяжелой денежной повинности. Ответом крестьян стали восстания в Вировитицкой жупании в 1754—1755 гг. Во главе его находились мешане, стремившиеся освободиться от феодальной зависимости.

В конце XVIII в. в Хорватии (со Славонией и Сремом) насчитывалось около 10 тысяч дворян (мужчин), но в середине века только 530 магнатских и дворянских семей владели крепостными. 84% дворян земли с зависимыми крестьянами не имели и по бедности не могли нести военной службы в дворянском ополчении. Большинство из них были однодворцы, о которых уже говорилось.
В XVIII в. возросло число дворян-армалистов, выходцев из чиновников, мешан и богатых крестьян, купивших дворянские дипломы и тем самым освободившихся от налогов (в конце XVI в. их было два десятка, а в начале XIX — примерно 900 семей). Многим дворянам военная или чиновничья служба давала основу для существования. На Банской границе впервой половине ХVШ в. хорватские дворяне занимали большинство офицерских должностей. «В кругах чиновного дворянства и духо-венства во второй половине XVIII в. начинает формироваться интеллигенция. После ликвидации церковных орденов большую роль в области просвещения приобрели образованные дворяне. Из низшего дворянства также вышли многочисленные литераторы и другие общественные деятели».
В XVIII в. окрепло экономическое влияние крупных землевладельцев и увеличилось число принадлежавших им крепостных. Немало магнатов переселилось из других стран, что сказалось на политической обстановке в Хорватии. Большей частью конфискованных имений Зринских и Франкопанов владела казна, создав из них нечто вроде государства в государстве.
В результате войны за освобождение (1683-1699) Славония была провозглашена владением короны. Здесь были созданы латифундии и проданы или подарены иноземным магнатам (всего 20 имений). В Славонии на одного владельца пришлось в 12,5 раз больше кметов, чем в Хорватии. Среднего и мелкого дворянства в Славонии не было.
В среде магнатов царила роскошь, что уже во второй половине XVIII в. многих привело к разорению. Вместе с тем знакомство с жизнью в Европе (особенно во время Семилетней войны 1756-1763 гг.) способствовало повышению культурного уровня, проникновению в дворянскую среду идей просвещения.

С окончанием войны 1593—1606 гг. (после отпора османам под Сисаком) условия для хозяйства стали более мирными, прекратились бесконечные разорения. Феодализм консолидировался на основаниях, созревших в XVI в. Поземельная денежная подать (землярина) продолжала снижаться, а кое-где была отменена. Важным источником дохода феодалов стала горница (до 40% дохода от вина). Систематической стала натуральная повинность зерном, свиньями. Одной из главных была десятина (зерно, вино, свиньи, мед). Это была повинность в пользу церкви, но в XVI в. феодалы смогли дешево ее выкупить у церкви и оставлять себе. далее

С 40-х годов XVI в. во всей Центральной Европе началась революция иен на продовольствие. Деньги обесценивались, поэтому помещики стали сами заниматься торговлей. Водные пути были перерезаны османами, поэтому росла торговля через словенские земли (скот, вино, зерно, мед). Дворянство было освобождено от таможенных сборов со всего ввоза и вывоза. Зринские и Франкопаны господствовали в портах Приморья. далее

В Славонии в начале XVI в. 950 владельцев имели до 30 тысяч крепостных. Крупнейшим владельцем была католическая церковь. В начале XVII в. были основаны новые монастыри. Приходское духовенство получило несколько кметов и участок магнатской земли. Поэтому господин имел право патроната над местной церковью.
В собственно Хорватии крупнейшим владельцем был Франкопан. В XVI в. разбогатели Зринские. Средние и мелкие дворяне составляли до 95 % владельцев (и имели 28 % земли), в том числе низшее дворянство – до 78% владельцев. Многочисленной была группа дворян-однодворцев, не имевших кметов. Существовали общины однодворцев, возглавлявшиеся «избранным» жупаном — обычно из магнатов. С XIII в. появился и слой предиалистов — церковных вассалов, часть их имела кметов.
Социальные отношения. В XV – начале XVI в. барщина была невелика. Наибольшую часть повинностей составляла денежная рента. Росло число поселений городского типа. В Славонии около 70% из них возникло в XV- начааеХУ1 в. — все во владениях феодалов. Их население пользовалось судебной и административной автономией, занималось ремеслом, владело участками земли, создавало рынок для крестьян.
В XV в. появились районы, специализировавшиеся на виноградарстве, свиноводстве. Выделился слой крестьян, скупавших скот для продажи, и слой безземельных (желиров). Ввиду нехватки земли животноводство было выгодней земледелия. Инициатива крестьян расширялась. До 1514 г. крестьянин свободно переселялся, мог продать участок.
BXVI в., во время непрерывных войн, продолжалось переселение крестьян в Венгрию, Италию, Австрию, на северо-запад Хорватии. В Вараждинской и части Загребской жупании находилось 80% зависимого крестьянства Хорватии.

В 1745 г., после настойчивых просьб, хорватское дворянство добилось воссоединения Славонии с собственно Хорватией. В гражданской Славонии были учреждены три жупании. Однако непосредственного контакта Хорватия и Славония не имели, так как между ними вклинивалась часть Военной границы (район гор. Беловара). Венгрия настаивала на включении Славонии непосредственно в Венгерское королевство (доказывая, что так было еще с XII в.) и участии послов от славонских жупаний в заседаниях государственного собрания в Пожони (по два посла от каждой, как от всех венгерских комитатов). Вопрос был решен компромиссом: жупании стали посылать делегатов и в Венгрию, и в Хорватию. Но для хорватов это событие стало сигналом об угрозе мадьяризации страны. далее

Во время войны 1683-1699 гг. Дубровник, чтобы не попасть под власть Венеции, признал верховную власть Габсбургов (1684-1806), а в 1699 г., чтобы не иметь общей границы с Республикой Св. Марка, передат Османской империи выходы к морю севернее (Неум) и южнее (Суторина) своих границ.
С войной 1683—1699 гг. связаны два события, изменившие этническую картину Подунавья. 1) В 1686-1687 гг. из Далматинской Загоры переселились в Бачку (комитат тогдашней южной Венгрии; современная Воеводина) католики-буневцы, еще ранее, в XVII в., группы буневцев поселились в Хорватском приморье и Горском котаре, затем в Лике. Группы католиков-шокцев поселились в Славонии. Обе этнические массы позднее влились в состав хорватского народа. 2) Вместе с отходившими австрийскими войсками австрийский полководец принц Евгений, взявший Сараево в 1697 г., увел в Бачку 10000 католиков; вместе с австрийцами в 1699 г. ушли из Косова десятки тысяч православных во главе с патриархом Арсением — также в Бачку, опустошенную войнами. Во множестве они влились в ряды граничар. С другой стороны, из Венгрии и Славонии, тысячи турок и славян, принявших ислам, перешли в Боснию.
В начале XVIII в. проявились определенные симптомы венгеро-хорватских противоречий. В 1703—1711 гг. в Венгрии шла война против власти Габсбургов. Возглавлял движение Ференц II Ракоци. На предложение присоединиться к восстанию хорваты ответили отказом. В 1708 г. они воспротивились требованию венгерского государственного собрания согласовывать решения сабора с венгерскими законами. Хорватское дворянство вновь попыталось укрепить самостоятельность страны в пределах монархии. О том же свидетельствовала попытка (пока что неудавшаяся) загребского епископа М. Брайковича учредить в Загребе архиепископство, то есть обеспечить хорватской церкви независимость от венгерской. Наконец, когда император Карл VI (в хорватской и венгерской традиции Карл 111,1711 — 1740), не имевший сына, предложил всем представительным органам владений Габсбургского дома признать право на престол за женской линией династии, хорватский сабор независимо от венгров в 1712 г. согласился с этим при условии, что претендент(ка) будет иметь престол в Австрии и управлять соседними с Хорватией землями — Штирией, Каринтией и Крайной. Этот документ позднее получил наименование Хорватской прагматической санкции. Хорватия упорно стремилась ограничить отношения с Венгрией личной унией и подчеркивала свою заинтересованность в связях с Австрией, — все это вместе означало зашиту своей государственности. Но Карл VI не утвердил решения сабора. Венгрия приняла Прагматическую санкцию в 1723 г. Здесь указывалось на нераздельность земель венгерской короны (то есть Венгрии, Трансильвании и Хорватии). Это было принято императором-королем.
Патриотические и оппозиционные венгерскому правлению настроения хорватского дворянства, которые ошушаются в самом стремлении — после 600 лет связи с Венгрией — самостоятельно заключить договор с королем, откровенно были выражены в записке королю (от 13.03.1712), содержащей объяснение этой позиции. «Мы, в соответствии с законом — страны, присоединенные к Венгрии, но мы не подданные ее. Некогда мы имели своих урожденных, а не венгерских королей. Нас венграм не отдала никакая сила, никакое рабство, мы сами добровольно покорились, но не королевству, а их королю. Их короля мы признаем и ныне до тех пор, пока он будет австрийским государем. В противном случае… мы не можем исходить из того, будто мы всегда должны следовать Венгрии. Мы свободные, не рабы… Пока мы аванпост австрийских государей, мы всегда добровольно покоряемся всему их славному роду без различия пола, как верный народ и верное королевство…»